субота, 20 червня 2015 р.

Гибридная война кайзера. Как Германия с помощью большевиков организовала революцию в России


Британский лидер Уинстон Черчилль однажды заметил, что Ленин был ввезен в Россию
Фото: DR
Британский лидер Уинстон Черчилль однажды заметил, что Ленин был ввезен в Россию "как чумная бацилла"
100 лет назад Германия начала реализовывать тайный план по выводу России из Первой мировой войны. Для этого немцы спонсировали самых радикальных оппонентов царской власти — большевиков


Гибридную войну, развязанную Владимиром Путиным в Украине, часто сравнивают с действиями фюрера Германии Адольфа Гитлера во время аннексии Чехословакии накануне Второй мировой. Но в немецкой истории можно найти и более ранние попытки гибридных атак на врага. Связаны они с Первой мировой, и объектом подобной тактики немцев стала Российская империя. Ставка делалась на подрыв царской власти с помощью националистов и социалистов-революционеров. Среди последних главными реципиентами германских вливаний стали большевики и их руководитель Владимир Ленин.

Документы об участии немецких денег в большевистском движении получили огласку после Второй мировой войны. Из архива министерства иностранных дел Германии они попали в Лондон. Советское правительство напрочь отрицало подлинность этих сведений, считая их провокацией.
Однако многие европейские и российские историки доказывают достоверность фактов, свидетельствующих о крупных траншах из Берлина на организацию беспорядков в России в 1917 году. Уже после распада СССР всплыли фамилии многих русских подданных, активно занимавшихся шпионажем в пользу Германии и поставивших перед собой цель  разрушить государственный строй империи.

НА ВСЕХ ФРОНТАХ: Александр Парвус, главный получатель немецкого золота для большевиков, с лидером социалистов Германии Розой Люксембург (фото периода Первой мировой войны) / Фото: DR
НА ВСЕХ ФРОНТАХ: Александр Парвус, главный получатель немецкого золота для большевиков, с лидером социалистов Германии Розой Люксембург (фото периода Первой мировой войны) / Фото: DR


По некоторым подсчетам, Берлин заплатил большевикам не менее 100 млн марок. Главным распорядителем этих денег был Израиль Гельфанд, которого больше знали по его псевдониму — Александр Парвус. Историки считают, что именно он отыскал в Швейцарии Ленина, лидера наиболее радикальной партии, и помог ему деньгами, а также обеспечил его транзит через Германию в объятую волнениями Россию.
Большевик № 1, оказавшийся единственным российским революционным лидером, не побрезговавшим немецкой помощью, в итоге совершил переворот и вывел столь беспокоившего Германию “восточного колосса” из войны.
Хитроумный план
Буквально через пару недель после начала войны, в августе 1914‑го, германский МИД издал инструкцию о целях политики официального Берлина. В ней отмечалась особая важность революций в Польше и Украине, которые рассматривались как средство ведения военных действий против России. А также, в случае благоприятного завершения войны, помогли бы создать несколько буферных государств между Россией и Германией с Австро-Венгрией. Такие государства назывались желательными “как средство ослабления давления русского колосса на Западную Европу и для отбрасывания России на восток настолько, насколько это возможно”.


Уже в 1915 году Берлин начал активно использовать социалистов для того, чтобы “реализовать” революцию не только в Украине и Польше, но и во всей Российской империи. Летом того года американский посол в Берлине Джеймс Джерард доложил в Вашингтон, что немцы “рекрутируют из русских военнопленных революционеров и либералов, снабжают их деньгами, фальшивыми паспортами и прочими документами, а затем посылают обратно в Россию с целью стимулировать революцию”.
Более того, к концу года кайзер Германии Вильгельм II и его сподвижники поддержали идею революции как инструмента, способного разорвать союз России с Западом — Францией и Великобританией. Одним из главных идеологов и реализаторов этой идеи стал германский посол в Дании Ульрих фон Брокдорф-Ранцау. В декабре 1915‑го он писал: “Германии смертельно грозит русский колосс, кошмар полуазиатской империи московитов. У нас нет альтернативы попытке использовать революционеров, потому что на кону находится наше существование как великой державы”.
Тогда же германское министерство иностранных дел и министерство финансов выделили дополнительно 40 млн марок на стимуляцию революционной борьбы в России до января 1918 года.

УМЕВШИЙ ДОГОВОРИТЬСЯ: Александр Парвус (Израиль Гельфанд) сумел своими публикациями спровоцировать банковский кризис в России 1905 года (фото того периода) / Фото: DR
УМЕВШИЙ ДОГОВОРИТЬСЯ: Александр Парвус (Израиль Гельфанд) сумел своими публикациями спровоцировать банковский кризис в России 1905 года (фото того периода) / Фото: DR


На тот момент в Германии уже был претендент на средства и еще один идеолог сокрушения восточного противника с помощью революции. В марте в Берлин из Стамбула с рекомендациями от немецкого посла в Турции Конрада фон Вангенхайма прибыл Александр Парвус. Русский социалист, который в молодости учился в немецких университетах и много лет безуспешно добивался подданства Германии.
Подходящий интриган
В шифрованной телеграмме в родное министерство иностранных дел Вангенхайм советовал “выслушать, но не слишком доверять этому господину”.
Парвус на тот момент уже успел оскандалиться в Германии. Будучи человеком предприимчивым, он еще в 1903 году добился расположения входящего в моду русского писателя Максима Горького и стал его литературным агентом. Тогда с огромным успехом во многих европейских театрах шла пьеса писателя На дне. В одном только Мюнхене ее давали более 500 раз. Чистый доход от постановок составил свыше 130 тыс. марок.
По договоренности с Горьким, тому причиталась четвертая часть от сборов, все остальное поступало в партийную кассу большевиков. Но Парвус присвоил себе эти деньги, объяснив, что “потратил их на путешествие по Италии с некоей дамой”. По мнению австрийского историка Элизабет Хереш, дамой была Роза Люксембург, одна из лидеров немецкой левой социал-демократии. Она и уговорила писателя не судиться с Парвусом, чтобы не выносить сор из избы.
Германии грозит кошмар полуазиатской империи московитов, -Ульрих фон Брокдорф-Ранцау, посол Германии в Дании, декабрь 1915 года
После скандала с Горьким будущий кассир большевиков отправился в Турцию на пять лет, где преуспел в коммерции и завел хорошие связи в правительстве.
На втором году войны Парвус вернулся в Германию. И не с пустыми руками.
Он представил германским властям меморандум на 20 страницах, которым продемонстрировал отличную осведомленность в массовых настроениях в России с указанием будущих возможных центров революции. О главной идее этого документа можно судить по последнему абзацу: “Объединенные армия и революционное движение в России сокрушат колоссальную русскую централизацию, представляемую царской империей, которая будет оставаться угрозой мира в мире до тех пор, пока существует. Так падет главная крепость политической реакции в Европе”.
Несмотря на предостережения посла, в Берлине к идее Парвуса отнеслись благосклонно. Правда, выделили ее инициатору для начала всего лишь 1 млн руб. из требуемых тем 20 млн.
За Парвуса говорил его опыт. Он был известным в России социалистическим деятелем и активнейшим участником революции 1905 года. Приехавший из‑за рубежа в Петербург марксист — тогда еще выступавший под своей настоящей фамилией Гельфанд — и Лев Троцкий стали фактическими лидерами местного совета рабочих депутатов. Они печатали две газеты — Начало и Русская жизнь. Символическая цена в одну копейку сделали издания популярными — их тираж превышал 0,5 млн экземпляров. Парвус написал несколько статей с прогнозами тяжелого экономического кризиса в России. У населения это вызвало панику. Вкладчики стали массово забирать деньги из банков. Финансовая система страны оказалась под угрозой полного краха.


По сравнению с Парвусом и Троцким, в 1905‑м Ленин, приехавший из первой эмиграции, и его соратники-большевики выглядели куда слабее. Поэтому именно Парвуса с Троцким власти арестовали в первую очередь. И сослали в Сибирь. Правда, если Троцкого — пожизненно, то Парвуса — лишь на три года.
В 1915 году Парвус решил не лезть лично в пекло революции, тем более что его слава к тому времени изрядно потускнела, а сделать ставку на других. Меньшевики отказались от предложенной им роли германских агентов, и Парвус решил выйти на Ленина. Получив деньги от немцев, он отправился к находившему тогда в Швейцарии будущему “вождю мирового пролетариата”, надеясь уговорить того вернуться на родину и устроить бучу.
Тот выставил сразу несколько условий возможного мира с Германией в случае своего прихода к власти. Но в тот момент кайзер, впечатленный потерями немцев на всех фронтах грандиозной войны, заявил: “Теперь я не согласен на мир”.
Союз с Лениным, который не получил гарантий под свои планы, отложился на пару лет.
Чумная бацилла
К решению вернуться в Россию с помощью Германии Ленин пришел лишь после Февральской революции и отречения императора Николая II от престола. И Парвус с его предложением немецких денег и немецкой же помощи по проезду на восток через территорию Германии оказался кстати.
К этому времени ушлый марксист открыл в нейтральных Дании и Швеции несколько компаний по отмыванию финансовых поступлений из Берлина. В Копенгагене — экспортно-импортную контору, в Стокгольме — банк и Институт по изучению социальных последствий войны. Все они работали под кредиты на сделки, которые так никогда и не были реализованы.
После встречи Ленина и Парвуса в 1915 году главный большевик больше не сталкивался лично с предприимчивым соотечественником. Финансовым посредником между ними стал Яков Ганецкий-Фюрстенберг. Он был дальним родственником Парвуса и руководил его компанией в Дании. После того как Ганецкий провернул несколько операций по контрабанде оружия, его выслали из страны, и он благополучно возглавил банк в Стокгольме, который переводил немецкие деньги в Петроград. На них большевики издавали газеты и листовки, а также проплачивали забастовки и митинги.

ДОСТОЙНАЯ ВСТРЕЧА: Антибольшевистская демонстрация в Петрограде в апреле 1917 года. К тому времени Ленин приехал в Россию и на проплаченном митинге призвал пролетариат захватить власть / Фото: DR
ДОСТОЙНАЯ ВСТРЕЧА: Антибольшевистская демонстрация в Петрограде в апреле 1917 года. К тому времени Ленин приехал в Россию и на проплаченном митинге призвал пролетариат захватить власть / Фото: DR


Перед возвращением в Россию Ленин напишет Инессе Арманд: “Денег на поездку у нас больше, чем я думал, человек на 10–12 хватит, ибо нам здорово [подчеркнуто в тексте] помогли товарищи в Стокгольме”. В итоге на родину двинулся красный десант из 32 человек. Позже немцы позволят проехать по своей территории еще двум вагонам с сотней русских революционеров. По законам военного времени, большевиков как граждан враждебного государства должны были арестовать в Германии. Однако кайзер Вильгельм настолько был заинтересован в этих поездках, что распорядился передать Ленину лично свои гарантии и договор, в котором излагались условия передвижения.


Большевики отправились из Цюриха 9 апреля 1917 года. Доехав до пограничной германской станции Готтмадинген, пересели в так называемый запломбированный вагон, который сопровождали два офицера германского Генштаба — капитан фон Планец и лейтенант фон Буринг. Никто из пассажиров не имел права выходить на станциях из вагона. Однако одна дверь все‑таки не закрывалась для общения с внешним миром, оставаясь под контролем немецких офицеров, в том числе для получения газет и покупки молока для детей. По идее Ленина, в коридоре была проведена по полу мелом черта, означавшая границу, отделявшую немцев от большевиков. Он же установил выдачу входных билетов на посещение туалета, чтобы в нем не засиживались курильщики.
Британский лидер Уинстон Черчилль как‑то язвительно заметил, что Ленин был ввезен в Россию “как чумная бацилла”.
В Берлине вагон отцепили, и он сутки простоял на запасном пути. По одной из версий, Ленин тогда встречался с представителями высшего немецкого руководства и, возможно, получил деньги и инструкции для дальнейших действий на родине.
Чистые руки
16 апреля Ленин прибыл в Петроград на Финляндский вокзал. Ему устроили проплаченный митинг-встречу с музыкой и цветами.
Уже в июле большевики попробовали взбаламутить народ в столице. Все закончилось расстрелом демонстрации, а ее зачинщики попали за решетку. Ленин же под видом косаря пересидел опасность в шалаше на берегу озера Разлив.
В конце октября в Петрограде появились упорные слухи о том, что Временное правительство собирается начать переговоры о сепаратном мире, но не с Германией, а только с ее союзниками. Большевики опередили события и 7 ноября организовали вооруженное восстание. Двумя днями позже германский МИД отправил в имперское казначейство очередную телеграмму, в которой просил выделить для политической агитации в России 15 млн марок.
В своих отчетах в Берлин Ганецкий писал: “За один забастовочный день платили больше, чем за рабочий. За выкрикивание лозунгов на митингах — от 10 до 70 руб. За стрельбу — 140 руб.”. Активно финансовые потоки из Германии в Россию шли через стокгольмский Nya Banken, который возглавлял местный социалист Улаф Ашберг. Впоследствии и Ганецкий и Ашберг получат высокие должности в банковской системе первого советского правительства.

МЫ ЛЮДИ НЕМЕСТНЫЕ: Большевики из запломбированного вагона по пути на родину один день решали дела в Стокгольме. Ленин — на фото с зонтиком / Фото: DR
МЫ ЛЮДИ НЕМЕСТНЫЕ: Большевики из запломбированного вагона по пути на родину один день решали дела в Стокгольме. Ленин — на фото с зонтиком / Фото: DR


Большевистское восстание переросло в полноценную революцию, и Ленин с товарищами смогли закрепиться во власти. И фактически сразу же после этого заключили с Германией сепаратный мир. Ленин оправдал надежды Берлина.
Почти все пассажиры запломбированных вагонов получили высокие должности в советском руководстве. А вот Парвус, надеявшийся также стать одним из госдеятелей молодой республики, так ничего и не получил. Он обращался к Ленину, но получил ответ: “Революцию нельзя делать грязными руками”. Парвус был в гневе, и ходили слухи, что второе покушение на Ленина в августе 1918‑го организовал именно он.
В итоге посредник между немцами и большевиками остался жить в Германии, весьма успешно занимался коммерцией и умер в Берлине в 1924 году. После смерти Парвуса не осталось никаких бумаг, и исчезло все его состояние.
Материал опубликован в №4 журнала Новое Время

Немає коментарів:

Дописати коментар